(рус. перевод)

Ӟамейсад, где сделали Черновы пруд. Сад был большой, каких только деревьев не было. На этом месте собирались молиться, во время праздников возле реки Тоймы готовили суп. Возможно так было, не могу точно сказать. Вызывая дождь варили и ели кашу. Мы были тогда маленькими, в старшем возрасте это уже не проводилось. Помнится, раньше туда отдавали овес. Там был луг, где расстилали и сушили этот овес.

Кӧльыёшур (речка) находилась в первом овраге за асфальтированной дорогой. Она не была большой, но вода и летом там не заканчивалась. Далее, начиная со стороны Камаевского поля, расположена ложбина Вӧсяськонгоп, Аталгоп, ответвление ложбины с левой стороны называется Лудкусып (Лудгоп). По пути на пасеку попадается Бунтыгоп, который поднимается до леса.

Иваншурсэрег – часть леса со стороны Ашпайково (удм. Эльбай), где березы растут. Перед лесом, между Вӧсяськонгопом и Аталгопом, есть поле Микалясайкем. Нам говорили, что там раньше был лес, которое очистил Микаля, поэтому назвали Микалясайкем (удм. сайкыны — убирать / чистить). Когда мы были еще маленькими, во время войны (Великая Отечественная война), ходили полоть в поле. Тогда тракторов не было, вспахивали не глубоко, пололи мотыгой, после надеялись, что хлеб взойдет.

У Вӧсянгопа и Аталгопа, со стороны Енабердино, был большой сад. Там была пасека и маленький родник. Называли Стёпанмушбакча. Там бывало молились, жертвовали скотом. Наверное, когда мы были детьми, тоже еще молились. Это место называли местом святилища Куала. Ходили только местные жители, не знаю, чтобы ходили с других деревень.

В конце деревни, по пути в Ашпайково (удм. Эльбай), луг рядом с рекой Тойма называют Шолошурвозь. Говорили, что там скот плохо питался, из-за стоячей воды.

От деревни Карманково асфальт уходит к деревне Байтуганово (удм. Муркемыр), в той стороне остается ложбина, которую называют Поркышнокулэмгоп. И лес там есть (Поркышнокулэмнюлэс), он был совсем небольшим, там была убита марийка. Наше поле было за асфальтом, за ложбиной Поркышнокулэмгоп, туда мы ходили полоть, 3–4  км от деревни.

Эшметшургоп ложбина возле кладбища. Карьер там действовал. Известняка в нашей местности было много. Специально ходили доставать камни, складывали штабелями. При строительстве дома выписывали необходимое количество кубометров, потом отвозили на телеге запряженной лошадью.

У Эшметшургопа, радом с березовой рощей, бежал чистый родник. В время работы мы пили оттуда воду. В Ягуле тоже есть родник Тӧдьы ошмес (букв. Белый родник). Из этого родника вода билась на камни, из-за сильной жажды пили оттуда воду, потом начинали болеть. Там вода была очень холодной.

В центральной улице жили много русских, некоторые уехали в город Менделеевск (удм. Завод): Опонька Петька, Стёпка, Домбок Васька, Мишкадай, Илькадай, Апинькаос. Они занимались садоводством. Мы в детстве ходили к ним за саженцами.

В Асаново и в Старой Юмье (удм. Ӟуння) тоже молились, варили суп. Еще в моей молодости там варили жертвенную пищу. Будучи взрослой слышала, как говорили, что в Елкибаево (удм. Актэмыр) проводились такие моления. Это было, наверное, распространено по всем деревням.

Теперь жизнь меняется: на кладбище не разрешается приносить еду, алкоголь, а раньше корзинками приносили, расстелив сами ели и пили, на могилы ничего не бросалось. На наше кладбище также приходили на лошадях с Ашпайково.

Когда началась партийная жизнь, с улицы убрали часовню, она стояла напротив магазина. Кто разрушил часовню, все умерли.

Раньше, как наступало лето, в баню не разрешали ходить. Убирали двери, чтобы не мог топить баню. Сзади дома Падей Ивана была сушилка, за ним находилась баня. Также баня была позади дома Тихонова Михаила. Эти общие бани находились возле реки, поэтому их топили, а своими (летом) запрещалось. На горе стояли три бани: у Агая, у Пашка Ондока, у Шишика. Вот я помню ходили в эту баню, заходим, потом выходили из бани к реке Тойма.

Позади моего дома, центральная улица полостью сгорела, я к тому времени, наверное, уже родилась. А вот малая улица, со стороны Сидоровых, полностью сгорела.

(В 2010 годах была сильная засуха, сгорели 2 дома, были погибшие, урожай высыхал) 5 лет назад в саду Дома культуры провели моление, варили и ели кашу, после этого начались обильные дожди. Некоторые жертвовали деньги, их потом передали церкви. Когда-то за школой, возле реки молились о дожде и варили жертвенную кашу. Потом плескались, бросали друг друга в реку, с желанием вызвать дождь.

Шли на работу и по возвращении собирали липовые листья в мешок. Мать их сушила, после на нашей улице на другой стороне возле забора стояла ступа для измельчения с двумя ручками. Там очередь стояла как за табаком (ныртамаком). Измельчали, рассеивали пшенную шелуху, листья щавеля конского. Из них делали блины, слизкие как коровьи лепешки, этим питались.

К октябрьскому празднику мама делала выпечку, белой муки у нас не было. Складывали в ведро, в котомку, в корзину и вытаскивали в кладовку, вешали на перекладину. Покрывали, чтобы мышь не могла проникнуть, так держали до нового года.

Богатые жители деревни:
— Панти, была большая дробилка;
— Лазыр Вера, был магазин, сама постройка еще осталась;
— Марга;
— Микаля Василий, еще называли Чорыг Васьлей (чорыг с удм. рыба), вероятно занимался рыболовством;
— Васьлей Иван;
— Карпа.